История рисунка
С момента преобразования слета в фестиваль у туристско-песенного мемориала Валерия Грушина появилась собственная эмблема. На ней был изображен турист с гитарой в шуточно-"кубистической" манере, однако со всей положенной тогда туристу атрибутикой: в кедах, в ковбойке, в киргизской шапке, которая позже преобразовалась в обычную вязаную "с помпоном".
Происхождение этого рисунка доподлинно неизвестно. Однако, участница Штаба проведения 2 Фестиваля памяти В. Грушина Г. Кузнецова предполагает, что, кто-то где-то "у кого-то его просто подсмотрел". Такой "обмен" символикой был типичным для туристского сообщества тех лет.
Эмблема сохранилась на несколько лет – до 4-го фестиваля. Впрочем, наличие эмблемы не мешало созданию массы тематических рисунков, использовавшихся на значках Штаба и жюри, вымпелах, в программках. Медали лауреатов отливались или гравировались и вовсе по собственным эскизам. Такая традиция сохранялась очень долго, практически – до 2000-х годов.
Какого-то официально утвержденного символа фестиваля не существовало. Галерея эскизов, значков и прочей атрибутики – наглядное тому подтверждение.
Только к Х фестивалю Оргкомитет в лице ОК ВЛКСМ и ОКТ Жигули объявляет конкурс на эмблему Фестиваля, которой предстоит стать официальной в 1977 году. Однако, и в 1976 году значок фестиваля существовал, и, по-видимому, его и следует считать официальной эмблемой. Тем более, что изображенная на нем гвоздика – элемент повторяющийся, и прежде уже использовался в эмблемах и в оформлении программок, дипломов и т.п.
Но вернемся в начало 70-х. В 1972 году на воде Мастрюковского озера закачалась впервые сработанная руками водников-политехов сцена-плот в форме гитары. К ней уже отработанным элементом причалили ял с поднятым парусом, и впервые фотоаппараты зафиксировали ставший ныне каноническим вид Главной площадки выступлений на Грушинском. За пару-тройку лет выработался и некий стереотип "обязательной" фотографии – вид с горы, позволяющий получить изображение сцены наиболее полным: с декой и парусом.
И вот в 1976 году появляется рисунок, повторяющий этот вид: гитара с парусом, гриф которой направлен к зрителю.
Любопытный момент: рисунок изображает гитару с очень маленькой обечайкой. И этому есть объяснение: сцена тогда сидела в воде низко, высокий понтон появился значительно позже. Этот эскиз был повторен на нашивках, выдававшихся штабу и жюри. Была в 70-х мода: нашивки на штормовки туристов и куртки стройотрядовцев. Кстати, медали лауреатов Фестиваля создавались в 76-м по другому эскизу, а на программках мы видим еще один вариант, не имеющий ничего общего с нашивкой. Какой из них считать официальным – бог весть. Хотя логично было бы предположить: или тот, что на медали, или тот, что на значке - в металле.
Но уже через год эмблема поменялась, и мы видим эскиз-победитель конкурса, воплощенный Оргкомитетом в металле. Однако, значок штаба вновь несет рисунок гитары, только в другом ракурсе и с парусом …треугольным.
ХI фестиваль имеет новые эмблемы. И только на атрибутике XII вновь появляется изображение, воспроизводящее оригинал 76-го года. Впрочем, оно "прикладное", без надписей, а тиражируемая в СМИ и на значке эмблема совсем другая.
Рисунок эмблемы ХШ фестиваля "разворачивает" гитару вправо от зрителя, и "ставит" на ней парус латинский (треугольник). Заодно гитара "теряет" гриф. Это официальная эмблема, без сомнений. Ее несут медали, шевроны, она отпечатана в материалах и публикациях. Но есть и нашивка, точь-в-точь 76-го, только цифры другие.
Пожалуй, остановимся. Эмблемы менялись и далее, но больше рисунок 76-го года в оригинальном виде не воспроизводился.
Рисунок как вещдок
В 2006 году на свет появляется престранный документ: Письменное изложение устного договора между "автором эмблемы фестиваля" и Грушинским клубом, заверенное почему-то печатью СОКАПГ, хотя дата на договоре утверждает, что заключен он был в 1976 году.
Приложение к данному договору – рисунок, который якобы и есть предмет договора, по которому авторские права на эскиз переходят к Грушинскому клубу.
Размахивая этой бумагой, деятели СОКАПГ потребовали аннулировать товарные знаки Фонда "Фестиваль АП им. В. Грушина", поскольку, мол, авторские права (!) на рисунок гитары их и только их, в смысле - СОКАПГ (!). (
Через обрушение товарных знаков рейдеры обычно и переприсваивают собственность - вполне известный метод). Удивительно, но им даже удалось убедить в этом судью арбитража... Но не остальных. И то решение суда опротестовано.
Однако, документ существует, и
СОКАПГ до сих пор не отказался ни от договора, ни от прав, ни от того, что эскизу 30 с лишним лет. Более того, вновь и вновь будирует темы своего "первородства"...
Попробуем разобраться.
Сразу отмечается нестыковка: Грушинский клуб не мог заключать договора в 1976 году, так как образован был в 1978-м. Впрочем, и в 1978-м он не мог заключать договора – по советским законам субъектом хозяйственного права самодеятельный клуб (такой, каким был ГК) не являлся. И непонятно, почему данная бумага заверяется печатью СОКАПГ, который создан и вовсе в 1993-м году. Причем юридически корректных документов о преобразовании ГК в СОКАПГ никто не видел, да и не помнят бывшие члены ГК общего собрания с такой повесткой.
Но это не все странности.
Рисунок в приложении к договору выполнен методом светокопирования, это не ручной эскиз. И воспроизводит он не то изображение, которое создано в 1976 году, а товарный знак Фонда ФАП им. В. Грушина, использовавшийся с 1999 года (его мы в дальнейшем и будем рассматривать – нет смысла приводить копию-аналог) Но в качестве подтверждения существования рисунка до 90-х СОКАПГ демонстрирует именно нашивку года 1976-го.
Отсутствие эскиза, заверенного подписью автора, выглядит необычно. Потому что, как правило, эскизы передавались в Штаб и Оргкомитет с автографом художника. Есть образцы таких работ.
А при ближайшем рассмотрении можно увидеть, что сканировался рисунок …тоже откопированный. Привычные для поставленной еще в художественной школе руки графика единые непрерывные линии отсутствуют, вместо них - множество мелких. Кто хоть раз копировал что-то через стекло, например, чертежи курсовой или трафарет, понимает, о чем речь…
Но положим рядом два рисунка – из Приложения к "Письменному изложению…" и из 1976 года. Не надо быть экспертом, чтобы увидеть не менее 10 существенных их отличий.
Сразу видно - рисунки выполнены в разной манере. Изображение 70-х – чистая графика, только линии, причем дающие общий образ, без особых деталей. Другое - куда более реалистично. И обечайка обычной толщины, и гриф обрывается не у барабана, а продолжен к розетке. Которой вовсе нет на рисунке с нашивки! Даже форма паруса различна, при том, что и там, и там без сомнения - парус яла.
Рисунки и IX, и ХII, и XIII фестивалей, как и фантазия на эту тему на вымпеле XV-го, имеющие в основе один и тот же эскиз, показывают нам основание мачты, воткнутой в деку правее оси. Воспроизведен этот курьез дотошно. Но на картинке из "Приложения…" эта деталь исчезла вдруг напрочь. Да и сама мачта "переехала" на центр гитары, и это видно по ее верхушке.
Любознательные читатели могут поискать и другие столь же очевидные расхождения.
Например, еще одно - струны…
Так вот, глядя на два рисунка объективно, нам придется признать: они разные, хотя сюжет у них - общий. Но даже прототипы – разные. На рисунке 1976 года изображена сцена тех лет, а на рисунке 1998 года – все-таки гитара… Доказательством существования одного другой считаться никак не может: не похож!
И получается детективный вывод:
- договор в указанные сроки заключен быть не мог;
- заверить договор СОКАПГ без дополнительных доказательств правопреемственности не мог;
- договор вообще не мог быть заключен Грушинским клубом;
- предмет договора не имеет подтверждения своего существования на дату заключения сделки;
- предмет договора как две капли воды похож на товарный знак Фонда ФАП им. Грушина и не похож на другие изображения с тем же сюжетом.
Пикантности добавляет, что "Письменное изложение…" представлено СОКАПГ в суд (а также и в государственные органы) как доказательство в тяжбе против Фонда по отмене регистрации товарных знаков Фонда.
Между тем, УК РФ обещает:
"Статья 303. Фальсификация доказательств по гражданскому делу лицом, участвующим в деле, или его представителем - наказывается штрафом в размере от ста тысяч до трехсот тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период от одного года до двух лет, либо исправительными работами на срок от одного года до двух лет, либо арестом на срок от двух до четырех месяцев."
PS
Конечно, наказание не слишком сурово, ставки СОКАПГ в деле против Фонда куда более высоки, но… Если все-таки выяснится, что наши сомнения обоснованны - судимость подписантам "устной сделки" гарантирована.
PPS
Советские законы вообще не оперировали понятием передачи авторских прав, это терминология уже из 90-х. Какие же все-таки провидцы были стороны "эмблемной" сделки: в 76-м уже общались на юридическом языке нового русского капитализма!
Вход
Регистрация
FAQ
Поиск
