ЦАП

Почти десять лет я пытался найти чешский оригинал песни Веры Матвеевой «Первоначальная» — той самой, которая начинается:

«Сильней, чем плач воды на перекатах,
Меня манит туда паром знакомый…»

Я знал только, что это Константин Библ в переводе Новеллы Матвеевой. Спрашивал людей, искал по названию, по первой строке — безрезультатно.

А сегодня с помощью ChatGPT наконец удалось раскрутить эту цепочку.

Главная ловушка оказалась в названии: «Первоначальная» — не название стихотворения Библа. В русском сборнике «Константин Библ. Стихи» (М.: Художественная литература, 1965) перевод нашёлся по первой строке и оказался в разделе «На троне рисовых полей».

Это дало чешский ключ — Na trůně rýžových polí.

После этого нашёлся оригинальный сборник Библа Bez obav на сайте Městská knihovna v Praze. И там, на стр. 48, — оно.

Оригинальное название:

Víc než nářek v peřejích

То есть примерно «Сильнее, чем плач в речных порогах».

Полный текст:

Víc než nářek v peřejích
vábí mne ten starý prám
Kde se kachny snášejí
Stále k hlubším sladším tmám

Poznáte je podle lesku
Když se hejno stáčí stranou
Jako v Číně plné stesku
V dávných časech na shledanou

Po rákosí zbyl jich šum
Narozených na rybníce
A teď táhnou k Hradčanům
Ještě jedna trosečnice

Letí kachna s útlým krkem
Přes mraky a slávou věží
A já nevím co s tím brkem
Vypadlo jí na nábřeží

Teď jsi moje s modrým leskem
Pero jež se stáčíš stranou
Po těch dálkách s věčným steskem
Sbohem sbohem na shledanou

Интересно, что перевод Новеллы Матвеевой довольно свободный, а финальная, пятая строфа Библа в перевод вообще не вошла.

И, похоже, само слово «Первоначальная» выросло уже из матвеевской строки «их шорохом шуршать первоначальным» — в чешском оригинале такого слова нет.

Вот почему поиск по названию столько лет ничего не давал.

Полный сборник Bez obav (стихотворение на странице 48):
https://web2.mlp.cz/koweb/00/04/68/70/58/bez_obav.pdf

После десяти лет поисков это ощущается почти как маленькое литературное расследование, наконец доведённое до конца.

Víc než nářek v peřejích
Больше, чем плач в речных порогах,
nářek — плач, стенание; peřeje — речные пороги, быстрины. «Плач» здесь может одновременно подразумевать шум воды.

vábí mne ten starý prám
манит меня тот старый плот.
vábit — манить, влечь. prám — плот; также простой плоскодонный паром.

Kde se kachny snášejí
Где утки опускаются
snášet se здесь означает «опускаться, плавно снижаться», например садясь на воду.

Stále k hlubším sladším tmám
Всё к более глубоким, сладким тьмам.
tmám — множественное число от tma, «тьма». По-чешски это звучит поэтически и необычно: буквально «к всё более глубоким и сладким тьмам». Возможный образ — сгущающиеся сумерки или тёмная вода.

Poznáte je podle lesku
Вы узнаете их по блеску,
je относится к уткам. podle lesku — «по блеску, по отблеску», вероятно оперения.

Když se hejno stáčí stranou
Когда стая сворачивает в сторону,
stáčet se — поворачивать, изгибаться, менять направление. Здесь стая меняет курс в полёте.

Jako v Číně plné stesku
Словно в Китае, полном тоски,
stesk — тоска, томление, печаль по чему-то далёкому или утраченному. Образ Китая, вероятно, отсылает к условному миру старинной восточной поэзии, где часты мотивы разлуки и прощания.

V dávných časech na shledanou
В давние времена — «до свидания».
Строка синтаксически связана с предыдущей. Весь образ можно понимать примерно как: «словно в полном тоски древнем Китае при прощании». na shledanou — «до свидания», буквально «до встречи».

Po rákosí zbyl jich šum
В камышах остался их шорох,
rákosí — камыши, тростниковые заросли. Буквально конструкция ближе к «по камышам остался их шорох».

Narozených na rybníce
Рождённых на пруду.
Это продолжение предыдущей строки: шорох уток, «рождённых на пруду». rybník в чешском — обычно искусственный пруд, иногда весьма большой.

A teď táhnou k Hradčanům
А теперь они летят к Градчанам,
táhnout о перелётных птицах — лететь стаей, совершать перелёт. Hradčany — Градчаны, исторический район Праги вокруг Пражского Града