ЦАП

На мой взгляд тут все зависит от художественного результата. Если исполнение женщиной мужской песни воспринимается достоверным и оправданным - не вижу смысла предъявлять какие-либо претензии.

1. Если песня от первого лица, то это можно определить по грамматическим показателям в тексте. IMHO, самый очевидный, но далеко не самый полный и правильный критерий. Тут ещё тематику песни надо принимать во внимание.
2. Достоверным должно быть конкретное исполнение. Тут мне прибавить нечего.

На мой взгляд тут все зависит от художественного результата. Если исполнение женщиной мужской песни воспринимается достоверным и оправданным - не вижу смысла предъявлять какие-либо претензии.

как-то мне кажется, что не всё так просто. Если мы тут говорим о той достоверности, которой способствует некоторая эмоциональная совместимость исполнителя с песней, то фактически придётся говорить о такой совместимости исполнителя непосредственно с автором.
И если гендерный аспект тут есть, то его придётся видеть и в том, что автор определённого пола написал песню (и уже менее важно, от чьего лица, и какие там грамматические показатели в тексте).



и ещё пикантность, конечно, в том, что речь идёт не о том, имеет ли смысл по факту конкретного исполнения предъявлять претензии, а о том, имеет ли смысл на более общем уровне давать такие рекомендации.

Кмк, гендер присущ конкретной личности конкретно. Оно конешно -- анима, анимус, присутствие обоих начал в любом homo sapiens, но всё же. "Облетела я, нага стою" -- явно не бородатый мужик говорит. Степень условности, имхо, зашкаливает. (Если мы остаёмся в парадигме личностной песни.)
А ежели гендерный аспект в песне приближается к сексуальному -- тогда вообще пиши пропало.

уточните, кто такая Светлана Птицына?

Если предположить необходимость исполнителя перевоплощаться в иные личности, дабы от имени этих личностей вести разговор, то и песня становится псевдоличностной, на мой взгляд.

Кмк, гендер присущ конкретной личности конкретно. Оно конешно -- анима, анимус, присутствие обоих начал в любом homo sapiens, но всё же. "Облетела я, нага стою" -- явно не бородатый мужик говорит. Степень условности, имхо, зашкаливает. (Если мы остаёмся в парадигме личностной песни.)

"...исполнителям женского пола не рекомендуется петь песни, написанные от мужского лица..."

Насколько я поняла, исходный постулат Светланы Птицыной был отчасти обратный. Исполнителям женского пола, чтобы научиться погружаться и переживать песню, было рекомендовано петь именно женские песни по понятной причине эмоциональной близости.

Пардон, Светлана Ветрова же.

По-моему, без перевоплощения никогда не обойтись. Потому что даже автор песни, поющий свою же песни по мотивам своих же событий, не выдуманных, - уже ушел от них на шаг, по крайней мере. На текст песни. А то и дальше.

а в чём "обратность" этого постулата?

А ещё, вот, вспомнилась песня про "Синий платочек" в исполнении Клавдии Шульженко.
С одной стороны, помню, как в детстве удивлялась, что тётенька поёт от мужского лица. Но, с другой стороны, это не помешало ей объехать все фронты с этой песней, и заслужить искреннюю любовь бойцов.

В том, что есть разница между "не рекомендуется петь мужские" и "рекомендуется петь женские", чтобы глубже почувствовать песню.

ага, понял. Но мне так не показалось. (что постулат звучал именно так)

колоссальное количество песен, написанных слабой мужской рукой, слабым мужчиной. Переживающим, очень любящим, — но в основном пейзаж один и тот же: дождь, ты ушла, какие-то недостатки в жизни. Такая безвыходность молодой тоски, а молодая тоска всегда несовершенна, потому что в ней нет настоящей тоски [потому что когда(?)] прёт тоска настоящая, старая, зрелая...<смех>
Д.С.: И требует нехорошо как-то...
Ю.В.: И этот поток песен инфантильных, сочинённых совершенно в разных краях нашей страны, первой в мире железнодорожной державы, он поражает абсолютно. И мы как-то с Сашкой пришли в неописуемую ярость от этого, и рассуждали таким образом. Боже мой! Куда же всё подевалось?
Д.С.: То есть с позиции прокурора всё-таки, да?
Ю.В.: Нет! <смех слушателей> С позиции прокурора по отношению <смеётся> к автору, но не к человечеству. Мы думали, что то поколение, к которому мы принадлежим, оно ведь вышло из двора, оно родилось в общем и целом не столько от блатной песни, сколько от дворовОй. Во дворах московских бытовало гигантское количество песен <посмеивается>, которые мы сейчас уже вспоминаем... Было одно время, когда мы стыдились, что мы их знали.
Д.С.: <смеётся>
Ю.В.: А сейчас мы их вспоминаем уже... Недавно с моим приятелем, большим чиновником, мы страшно вспоминали все слова песни "На кораблях матросы ходят хмуро, кричит им в рупор старый капитан". < Д.С. произносит конец вместе с Ю.В.>Это такая, вообще, дворовАя понтяра, ну невероятно просто... ну, это чудо! От силы от некоторой, от того что нужно было в этих условиях выживать, в этих условиях существовать самому себе, и появились эти песни, песни, в которых происходит какое-то мужское... виден мужчина, который может оценить событие, постоять за себя или за даму.
Д.С.: За леди.
Ю.В.: За леди, да, например. И вот хотелось бы, я очень горячо призываю вас — как наибольшие сливки сбитые с бардовской Москвы молодые — призываю вас именно к мужскому началу в песне. То, что было у Высоцкого, то, что есть у Городницкого. Потому что инфантилизм и вялая позиция — она очень привлекательная тем, что она в общем и целом легка, это проторенная дорога, где можно уложить массу замечательных образов, метафор. И чем [больше] вы будете погружаться в это затягивающее метафоричное болото, тем будет всё хуже и хуже. Это моё личное мнение.